Тацит Публий Корнелий

Поделитесь с друзьми
Share on Facebook
Facebook
0Share on Google+
Google+
0Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print

Тацит Публий Корнелий (ок. 56–117 гг.)

Тацит Публий КорнелийТацит Публий Корнелий — выдающийся римский историк. Родился в семье римского прокуратора Галлии. Указом императора Весписиана стал сенатором и занимал ряд высоких государственных должностей — претора, консула, а в конце жизни стал проконсулом Азии. Известен как выдающийся оратор. Тацит принадлежал к новой, вышедшей из провинций знати, на которую опирались императоры Флавии. Однако события 90-х гг (террористические эксцессы последних лет правления Домициана, Военные мятежи 97 г.) заставляют Тацита по-новому осмыслить характер императорской власти.

Решению этой проблемы и посвящены сочинения Тацита: «Германия» — очерк общественного устройства, религии и быта германцев, «История» и «Анналы» (с этими двумя сочинениями связана мировая слава историка) «История» освещает жизнь Рима и всей Империи в период c 69 по 96 гг. «Aнналы» (над ними Тацит работал до самой смерти) посвящены событиям 14-68 гг.

Цитаты Тацит Публий Корнелий

* Арабы были особенно опасны для иудеев, ибо эти два народа питали один к другому ненависть, обычную между соседями.

* Армия, которую еще никто не видел, всегда кажется опаснее.

* Без гнева и пристрастия. (Девиз историка)

* Благодеяния приятны лишь до тех пор, пока кажется, что за них можно воздать равным; когда же они намного превышают такую возможность, то вызывают вместо признательности ненависть.

* Больше всего законов было издано в дни наибольшей смуты в республике.

* Большие события всегда остаются загадочными, ибо одни, что бы им ни довелось слышать, принимают это за достоверное, тогда как другие считают истину вымыслом, а потомство еще больше преувеличивает и то и другое.

* Боязнь и устрашение — слабые скрепы любви: устранить их — и те, кто перестанет бояться, начнут ненавидеть.

* В век порчи нравов чрезмерно льстить и совсем не льстить одинаково опасно.

* В веселии чернь столь же необузданна, как и в ярости.

* В военных делах наибольшую силу имеет случайность.

* В гражданской войне победители и побежденные никогда не примиряются надолго.

* В позоре спасения нет.

* Великая общая ненависть создает крепкую дружбу.

* Великое и яркое красноречие — дитя своеволия, которое неразумные называют свободой; оно неизменно сопутствует мятежам, подстрекает предающийся буйству народ безрассудно, самоуверенно; в благоустроенных государствах оно вообще не рождается. Слышали ли мы хоть об одном ораторе у лакедемонян, хоть об одному критян? А об отличавших эти государства строжайшем порядке и строжайших законах толкуют и посейчас. Не знаем мы и красноречия македонян и персов и любого другого народа, который удерживался в повиновении твердой рукою.

* Власть, добытую преступлением, еще никто никогда не сумел использовать во благо.

* Во время гражданских смут самое безопасное — действовать и вести вперед, а не рассуждать.

* Во время гражданской войны солдатам позволено больше, чем полководцам.

* Во время смут и беспорядков чем хуже человек, тем легче ему взять верх; править же в мирное время способны лишь люди честные и порядочные.

* Во всякой войне удачу каждый приписывает себе, а вину за несчастье возлагают на другого.

* Во главе погребальной процессии несли изображения двенадцати знатнейших родов. Но ярче всех блистали Кассий и Брут — именно потому, что их изображений не было видно.

* Война привлекала его больше, нежели ее исход (Об одном из полководцев).

* Воспитывать детей для потомства.

* Вражда между близкими бывает особенно непримирима.

* Все запретное слаще.

* Все неведомое кажется особенно драгоценным.

* Все неизвестное представляется величественным.

* Все, что почитается очень старым, было когда-то новым. И то, что мы сегодня подкрепляем примерами, также когда-нибудь станет примером.

* Выставляют свою скорбь напоказ больше всего те, кто меньше скорбит. Громче всех оплакивают смерть Германика те, кто наиболее обрадован ею.

* Тацит Публий Корнелий

* Даже мудрецов жажда славы покидает в самую последнюю очередь.

* Дело воина — стремиться в бой, дело командира — не торопиться.

* Деньги — становая жила войны.

* Для подчиненных одинаково пагубны как раздоры между начальниками, так и единодушие их.

* Добрые нравы имеют большую силу, чем хорошие законы.

* Добытая домогательствами хвала должна преследоваться с не меньшей решительностью, чем злокозненность и жестокость.

* Дурные люди всегда будут сожалеть о Нероне; нам с тобой следует позаботиться, чтобы не стали жалеть о нем и хорошие. (Император Гальба — своему преемнику Пизону).

* Единственное благо — честность, единственное зло — подлость; власть же, знатность и все прочее, постороннее душе человеческой, — не благо и не зло.

* Единственное средство против нависших опасностей — сами опасности.

* Если историк льстит, чтобы преуспеть, то лесть его противна каждому, к наветам же и клевете все прислушиваются охотно; оно и понятно: льстец мерзок и подобен рабу, так как коварство выступает под личиной любви к правде.

* Жажда господства берет верх над всеми остальными страстями.

* Женщинам приличествует оплакивать, мужчинам — помнить.

* Земля удивительно плодородна.

* Истина подкрепляется зрением и временем, а ложь — поспешностью и неопределенностью.

* Тацит Публий Корнелий

* Каждому свою честь воздает потомство.

* Каждому, кто попадает на вершину могущества, в первую минуту глаза как бы застит туманом.

* Как бывает обычно, лучшими казались те меры, время для которых было безвозвратно упущено.

* Как часто бывает в минуты смертельной опасности, все командовали, и ни кто не выполнил команд.

* Когда человек задумал какое-то дело, близкие обычно предсказывают ему успех.

* Кто же столько самонадеян, чтобы рассчитывать на бессмертную славу?

* Кто славу презирает, тот легко пренебрегать будет и добродетелью.

* Легче увлечь за собой целую толпу, чем спастись от коварства одного человека.

* Лекарства действуют медленнее, чем болезнь.

* Лишь в малом пережили мы их, казненных, и, я бы сказал, даже самих себя, изъятые из жизни на протяжении стольких и
притом лучших лет.

* Лишь глупцы называют своеволие свободой.

* Лучший день после смерти дурного государя — первый день.

* Лучших вела любовь к отечеству, многих подталкивала надежда пограбить, иные рассчитывали поправить расстроенное состояние. И хорошие люди, и дурные — по разным причинам, но с равным пылом — жаждали войны.

* Льстецы — худшие из врагов.

* Люди устроены природою таким образом, что, находясь в безопасности, они любят следить за опасностями, угрожающими другому.

* Люди уходят, примеры остаются.

* Мало не быть больным; я хочу, чтобы человек был смел, полнокровен, бодр; и в ком хвалят только его здоровье, тому рукой подать до болезни.

* Медленно, но зато верно.

* Много говорит о смерти лишь тот, кто ее боится.

* Молва всегда раздувает до невиданных размеров и правду и ложь.

* Мы выявили поистине великий пример терпения; и если былые поколения видели, что представляет собой ничем не ограниченная свобода, то мы — такое же порабощение, ибо вес кончаемые преследования отняли у нас возможность общаться, высказывать свои мысли и слушать других. И вместе с голосом мы бы утратили также самую память, если бы забывать было бы столько же в нашей власти, как безмолвствовать.

* Тацит Публий Корнелий

* На преступление, государственный переворот шли лишь немногие, сочувствовали ему многие, а готовились и выжидали все.

* Ha редкость счастливое время, когда можно думать то, что хочешь, и говорить, что думаешь.

* Hacмешки оставляют в душе смертельные уколы, когда они основаны на правде.

* Наше старание нравиться часто влечет за собой более пагубные последствия, нежели возбуждение нами неудовольствия.

* Не всегда молва заблуждается, порой и она делает правильный выбор.

* Неограниченная власть никому не внушает доверия.

* Непреклонными были требования закона вначале, но, как это почти всегда бывает, под конец никто не заботился об их соблюдении.

* Тацит Публий Корнелий

* О гражданской войне: «Война всех со всеми».

* О междоусобной войне: «Победитель все равно будет хуже побежденного».

* Об Агриппине, матери Нерона: «Она желала доставить сыну верховную власть, но терпеть его властвования она не могла».

* Об ораторах времен Империи: «Обреченные льстить, они никогда не кажутся властителям в достаточной мере рабами, а нам — достаточно независимыми».

* Одни и те же люди любят безделье и ненавидят покой.

* Обеспечить нормальное течение своих семейных дел часто не легче, чем управлять провинцией.

* Одобрение и громкая слава более благосклонны к ораторам, чем к поэтам; ведь посредственные поэты никому не известны, а хороших знают лишь очень немногие.

* Ожидание несметных богатств стало одной из причин обнищания государства.

* Окружить мир ореолом славы.

* Особенно трусят те, кто кричат больше всех.

* Оставленное без внимания забывается, тогда как навлекшее гнев правителя кажется справедливым.

* От поспешности недалеко и до страха, тогда как медлительность ближе к подлинной стойкости.

* Отдаленность увеличивает обаяние.

* Тацит Публий Корнелий

* Плохим императорам нравится неограниченная власть, хорошим — умеренная свобода.

* Погибнут оба — один от того, что проиграл войну, другой — от того, что ее выиграл.

* Подлость — более короткий путь к должностям, которые даются обычно в награду за доблесть.

* Поспешность близка к страху.

* Потомство воздаст каждому по заслугам.

* Правители всегда подозревают и ненавидят тех, кто может прийти им на смену.

* Правители смертны — государство вечно.

* Превознося старину, мы недостаточно любопытны к недавнему прошлому.

* Предателей презирают даже те, кому они сослужили службу.

* Пренебреги клеветой — и она зачахнет.

* Преступлению нужна внезапность, доброму делу — время.

* Преступно захваченную власть не удержать, внезапно вернувшись к умеренности и древней суровости нравов.

* Пусть каждый пользуется благами своего века, не порицая чужого.

* Тацит Публий Корнелий

* Развязать войну могут и трусы, а бороться с ее опасностями приходится смелым.

* Самое худшее, что можно выбрать в беде, — средняя линия.

* Смерть равняет всех, таков закон природы, но с ней приходит либо забвение, либо слава в потомстве. Если же один конец ждет и правого и виноватого, то достойнее настоящего человека погибнуть не даром.

* Со временем дурные толки теряют свою остроту, а побороть свежую ненависть чаще всего не под силу и людям, ни в чем не повинным.

* Создав пустыню, они говорят, что принесли мир. (Британцы о римлянах)

* Страх ослабляет даже искушенное красноречие.

* Стремясь стать владыкой, он вел себя, как раб.

* Тацит Публий Корнелий

* Так уж устроены люди: с неодобрением смотрят они на каждого, кто внезапно возвысился, и больше всего скромности требуют от человека, который недавно был им равен.

* Тебе предстоит править людьми, неспособными выносить ни настоящее рабство, ни настоящую свободу.

* Тем кто ни в чем не виновен, благоразумие не во вред, но явные бесчинства могут найти опору лишь в дерзости.

* Толпе свойственно приписывать всякую случайность чьей-либо вине.

* Трудно сказать, был ли Пизон в самом деле врагом Виния или враги Виния хотели в это верить: всегда легче считать, что человеком движет ненависть.

* Тем больше оснований посмеяться над недомыслием тех, которые, располагая властью в настоящем, рассчитывают, что можно отнять память даже у будущих поколений.

* У кого нет врагов, того губят друзья.

* У победителей никто объяснений не требует.

* Умы, пораженные однажды, склонны к суеверию.

* Упражнения рождают мастерство.

* Хорошие законы порождены дурными нравами.

* Частным человеком казался он, Гальба, выше частного и, по общему мнению, мог бы править, если бы не был правителем.

* Человек всегда спешит примкнуть к другим, но медлит быть первым.

* Человеческой душе свойственно питать ненависть к тем, кому мы нанесли оскорбление.

* Чем ближе государство к падению, тем многочисленнее его законы.

* Чем ближе люди по родству, тем более острое чувство вражды питают друг к другу.

* Честная смерть лучше позорной жизни.

* Я думаю рассказать о принципате Нервы и о владычестве Траяна, о годах редкого счастья, когда каждый может думать, что хочет, и говорить, что думает.

* Я считаю главнейшей обязанностью анналов сохранить память о проявлениях добродетели и противопоставить бесчестным словам и делам устрашение позором в потомстве.

>> Тацит Публий Корнелий

Все авторы I век нашей эры:

Квинтилиан Марк Фабий
Курций Руф Квинт
Лукан Марк Анней
Марциал Марк Валерий
Петроний Арбитр Гай
Плиний Старший Гай
Плиний Младший Гай
Плутарх
Тацит Публий Корнелий
Эпиктет
Ювенал Децим Юний

Arzamas + Издательство Яндекса. Видео на тему: ▶ Древний Рим за XX минут

Поделитесь с друзьми
Share on Facebook
Facebook
0Share on Google+
Google+
0Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Print this page
Print