Афоризмы и цитаты Фридриха Ницше

Цитаты Ницше

* Адвокаты преступника редко бывают настолько артистами, чтобы всю прелесть ужаса деяния обратить в пользу его виновника.


* Безумие единиц — исключение, а безумие целых групп, партий, народов, времен — правило.


* Бесчеловечно благословлять там, где тебя проклинают.


* Бесчестнее всего люди относятся к своему Богу: он не смеет грешить.


* Брюхо служит причиной того, что человеку не так-то легко возомнить себя Богом.


* Бывает довольно часто, что преступнику не по плечу его деяние — он умаляет его и клевещет на него.


* Бывает заносчивость доброты, имеющая вид злобы.


* Бывает невинность во лжи, и она служит признаком сильной веры в какую-нибудь вещь.


* Бывают случаи, когда мы уподобляемся лошадям, мы, психологи, и впадаем в беспокойство: мы видим перед собой нашу собственную колеблющуюся тень. Психолог должен не обращать на себя внимания, чтобы вообще видеть.


* Быть может, в склонности позволять унижать себя, обкрадывать, обманывать, эксплуатировать проявляется стыдливость некоего Бога среди людей.


* В конце концов мы любим наше собственное вожделение, а не предмет его.


* В мирной обстановке воинственный человек нападает на самого себя.


* В мщении и любви женщина более варвар, чем мужчина.


* В наше время познающий легко может почувствовать себя животным превращением божества.


* В своем диком естестве отдыхаешь лучше всего от своей неестественности, от своей духовности…


* В снисходительности нет и следа человеконенавистничества, но именно потому-то слишком много презрения к людям.


* В хвале больше назойливости, чем в порицании.


* Великие эпохи нашей жизни наступают тогда, когда у нас является мужество переименовать наше злое в наше лучшее.


* Возражение, глупая выходка, веселое недоверие, насмешливость суть признаки здоровья: все безусловное принадлежит к области патологии.


* Вокруг героя все становится трагедией, вокруг полубога все становится драмой сатиров, а вокруг Бога все становится — как? быть может, «миром»?


* Воля к победе над одним аффектом в конце концов, однако, есть только воля другого или множества других аффектов.


* Вот художник, каких я люблю, скромный в своих потребностях: он хочет собственно только двух вещей, своего хлеба и своего искусства, — panem et circen…


* Вращаясь среди ученых и художников, очень легко ошибиться в обратном направлении: нередко в замечательном ученом мы находим посредственного человека, а в посредственном художнике очень часто — чрезвычайно замечательного человека.


* Все, что делается из любви, совершается всегда по ту сторону добра и зла.


* «Где древо познания, там всегда рай», — так вещают и старейшие и новейшие змеи.


* Гениальный человек невыносим, если не обладает при этом, по крайней мере, еще двумя качествами: чувством благодарности и чистоплотностью.


* Даже конкубинат развращен — браком.


* Довольство предохраняет даже от простуды.


* Должно отплачивать за добро и за зло, но почему именно тому лицу, которое нам сделало добро или зло?


* Душа, чувствующая, что ее любят, но сама не любящая, обнаруживает свои подонки: самое низкое в ней всплывает наверх.


* Если дрессировать свою совесть, то и кусая она будет целовать нас.


* Если женщина имеет мужские добродетели, то от нее нужно бежать; если же она не имеет мужских добродетелей, то бежит сама.


* Если женщина обнаруживает научные склонности, то обыкновенно в ее половой системе что-нибудь да не в порядке. Уже бесплодие располагает к известной мужественности вкуса; мужчина же, с позволения сказать, как раз «бесплодное животное».


* Если имеешь характер, то имеешь и свои типичные пережитки, которые постоянно повторяются.


* Если нам приходится переучиваться по отношению к какому-нибудь человеку, то мы сурово вымещаем на нем то неудобство, которое он нам этим причинил.


* Есть невинность восхищения: ею обладает тот, кому еще не приходило в голову, что и им могут когда-нибудь восхищаться.


* Есть ненависть ко лжи и притворству, вытекающая из чувствительности в вопросах чести; есть такая же ненависть, вытекающая из трусости, поскольку ложь запрещена божественной заповедью. Слишком труслив, чтобы лгать…


* Женщина научается ненавидеть в той мере, в какой она разучивается очаровывать.


* Женщину считают глубокой — почему? потому что у нее никогда не достанешь дна. Женщина даже и не мелка.


* Заместитель или само замещенное? — В конце концов ты, может быть, просто поддельный актер… Второй вопрос совести.


* И самый мужественный из нас лишь редко обладает мужеством на то, что он собственно знает…


* Из военной школы жизни: что не убивает меня, то делает меня сильнее.


* Из тех ли ты, кто смотрит как зритель? Или кто участвует? — Или кто не обращает внимания, идет стороной? Третий вопрос совести.


* Из человеколюбия мы иногда обнимаем первого встречного (потому что нельзя обнять всех): но именно этого и не следует открывать первому встречному…


* Иметь талант недостаточно: нужно также иметь на это ваше позволение, — не так ли, друзья мои?


* Иной павлин прячет от всех свой павлиний хвост — и называет это своей гордостью.


* Иной человек, радующийся похвале, обнаруживает этим только учтивость сердца — и как раз нечто противоположное тщеславию ума.


* Инстинкт. — Когда горит дом, то забывают даже об обеде. Да — но его наверстывают на пепелище.


* Кому не приходилось хотя бы однажды жертвовать самим собою за свою добрую репутацию?


* Кто достигает своего идеала, тот этим самым перерастает его.


* Кто ликует даже на костре, тот торжествует не над болью, а над тем, что не чувствует боли там, где ожидал ее.


* Кто не умеет найти дороги к своему идеалу, тот живет легкомысленнее и бесстыднее, нежели человек без идеала.


* Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже начинает смотреть в тебя.


* Кто учитель до мозга костей, тот относится серьезно ко всем вещам, лишь принимая во внимание своих учеников, — даже к самому себе.


* Кто чувствует себя предназначенным для созерцания, а не для веры, для того все верующие слишком шумливы и назойливы, — он обороняется от них.


* Как мало нужно для счастья! Звук волынки. — Без музыки жизнь была бы заблуждением.


* «Как много приходилось некогда кусать совести! Какие хорошие зубы были у нее! — А нынче? Чего не хватает?» — вопрос зубного врача.


* Как? Великий человек? — Я все еще вижу только актера своего собственного идеала.


* Как? Вы выбрали добродетель и возвышенные чувства, а вместе с тем коситесь на барыши людей бесцеремонных? — Но, выбрав добродетель, отказываются этим от «барышей»… (На входную дверь антисемиту)


* Как? Разве человек только промах Бога? Или Бог только промах человека?


* Любовь к одному есть варварство: ибо она осуществляется в ущерб всем остальным. Также и любовь к Богу.


* Любовь обнаруживает высокие и скрытые качества любящего — то, что у него есть редкостного, исключительного: постольку она легко обманывает насчет того, что служит у него правилом.


* Люди наказываются сильнее всего за свои добродетели.


* Люди редко совершают одну неосмотрительность. В первой неосмотрительности всегда делают слишком много. Именно поэтому совершают обыкновенно еще вторую — и на этот раз делают слишком мало…


* Люди свободно лгут ртом, но рожа, которую они при этом корчат, все-таки говорит правду.


* Много говорить о себе — может также служить средством для того, чтобы скрывать себя.


* Может ли осел быть трагичным? — Что гибнешь под тяжестью, которой не можешь ни нести, ни сбросить?..


* Мудрец в роли астронома: — Пока ты еще чувствуешь звезды как нечто «над тобою», ты еще не обладаешь взором познающего.


* Мужчина создал женщину — но из чего? Из ребра ее бога — ее «идеала»…


* Музыка является средством для самоуслаждения страстей.


* Мы не верим в глупости умных людей — какое нарушение человеческих прав!


* Мы не ненавидим еще человека, коль скоро считаем его ниже себя; мы ненавидим лишь тогда, когда считаем его равным себе или выше себя.


* Мы охладеваем к тому, что познали, как только делимся этим с другими.


* Мы плохо всматриваемся в жизнь, если не замечаем в ней той руки, которая щадя — убивает.


* Мы поступаем наяву так же, как и во сне: мы сначала выдумываем и сочиняем себе человека, с которым вступаем в общение, — и сейчас же забываем об этом.


* Мысль о самоубийстве — сильное утешительное средство: с ней благополучно переживаются иные мрачные ночи.


* Немец представляет себе даже Бога распевающим песни.


* Наедине с собою мы представляем себе всех простодушнее себя: таким образом мы даем себе отдых от наших ближних.


* Наносим ли мы, имморалисты, вред добродетели? — Так же мало, как анархисты царям. Только с тех пор, как их начали подстреливать, они вновь прочно сидят на своем троне. Мораль: нужно подстреливать мораль.


* Народ есть окольный путь природы, чтобы прийти к шести-семи великим людям. Да, и чтобы потом обойти их.


* Насчет того, что такое «достоверность», может быть, еще никто не удостоверился в достаточной степени. Настоящий ли ты или только актер?


* Наука уязвляет стыдливость всех настоящих женщин. При этом они чувствуют себя так, точно им заглянули под кожу или, что еще хуже, под платье и убор.


* «Наш ближний — это не наш сосед, а сосед нашего соседа», — так думает каждый народ.


* Нашему сильнейшему инстинкту, тирану в нас, подчиняется не только наш разум, но и наша совесть.


* Нашему тщеславию хочется, чтобы то, что мы делаем лучше всего, считалось самым трудным для нас. К происхождению многих видов морали.


* Не надо проявлять трусости по отношению к своим поступкам! Не надо вслед за тем бежать от них! — Угрызения совести неприличны.


* Не сила, а продолжительность высших ощущений создает высших людей.


* Не человеколюбие, а бессилие их человеколюбия мешает нынешним христианам предавать нас сожжению.


* Не то, что ты оболгал меня, потрясло меня, а то, что я больше не верю тебе.


* Нет вовсе моральных феноменов, есть только моральное истолкование феноменов…


* Нужно расставаться с жизнью, как Одиссей с Навсикаей, — более благословляющим, нежели влюбленным.


* Оба пола обманываются друг в друге — от этого происходит то, что, в сущности, они чтут и любят только самих себя (или, если угодно, свой собственный идеал). Таким образом, мужчина хочет от женщины миролюбия, — а между тем женщина по существу своему как раз неуживчива, подобно кошке, как бы хорошо она ни выучилась выглядеть миролюбивой.


* Огромные ожидания от половой любви и стыд этих ожиданий заранее портят женщинам все перспективы.


* Один ищет акушера для своих мыслей, другой — человека, которому он может помочь разрешиться ими: так возникает добрая беседа.


* Одинаковые аффекты у мужчины и женщины все-таки различны в темпе — поэтому-то мужчина и женщина не перестают не понимать друг друга.


* Опасность счастья. — «Все служит на благо мне; теперь мила мне всякая судьба — кому охота быть судьбой моей?»


* Отвращение к грязи может быть так велико, что будет препятствовать нам очищаться — «оправдываться».


* Открытие взаимности собственно должно бы было отрезвлять любящего относительно любимого им существа. «Как? Даже любить тебя — это довольно скромно? Или довольно глупо? Или — или». Очень умным людям начинают не доверять, если видят их смущенными. Отыскивая начал, делаешься раком. Историк смотрит вспять; в конце концов он и верит тоже вспять. По отношению ко всякой партии. Пастуху нужен всегда баран-передовик, чтобы самому при случае не становиться бараном. Помогай себе сам: тогда и каждый поможет тебе. Принцип любви к ближнему. Понимание трагического ослабевает и усиливается вместе с чувственностью.


* Притча. Кто не умеет влагать в вещи свою волю, тот по крайней мере все же влагает в них смысл: т.е. он полагает, что в них уже есть воля. (Принцип «веры»)


* Поэты бесстыдны по отношению к своим переживаниям: они эксплуатируют их.


* Праздность есть мать всей психологии. Как? Разве психология — порок?


* Презирающий самого себя все же чтит себя при этом как человека, который презирает.


* Привлекательность познания была бы ничтожна, если бы на пути к нему не приходилось преодолевать столько стыда.


* Разве когда-нибудь простудилась женщина, умевшая хорошо одеться? — Предполагаю случай, что она была едва одета.


* Раз принятое решение закрывать уши даже перед основательнейшим противным доводом — признак сильного характера. Стало быть, случайная воля к глупости.


* Разочарованный говорит: «Я искал великих людей, а находил всегда лишь обезьян их идеала».


* Разочарованный говорит: «Я слушал эхо и слышал только похвалу».


* Разъяснившаяся вещь перестает интересовать нас. — Что имел в виду тот бог, который давал совет: «Познай самого себя!» Может быть, это значило: «Перестань интересоваться собою, стань объективным!» А Сократ? А «человек науки»? «Самодовлеющее познание» — это последние силки, расставляемые моралью: при помощи их в ней можно еще раз вполне запутаться.


* Соблазнить ближнего на хорошее о ней мнение и затем всей душой поверить этому мнению ближнего, — кто сравнится в этом фокусе с женщинами!


* Совершенная женщина занимается литературой так же, как совершает маленький грех: для опыта, мимоходом, оглядываясь, замечает ли это кто-нибудь, и чтобы это кто-нибудь заметил…


* Совет в форме загадки: «Если узы не рвутся сами, — попробуй раскусить их зубами».


* Сострадание в человеке познания почти так же смешно, как нежные руки у циклопа.


* «Сострадание ко всем» было бы суровостью и тиранией по отношению к тебе, сударь мой, сосед!


* Сравнивая в целом мужчину и женщину, можно сказать следующее: женщина не была бы так гениальна в искусстве наряжаться, если бы не чувствовала инстинктивно, что ее удел — вторые роли.


* Становиться исключительно в такие положения, когда нельзя иметь кажущихся добродетелей, когда, напротив, как канатный плясун на своем канате, либо падаешь, либо стоишь — либо благополучно отделываешься…


* Стать зрелым мужем — это значит снова обрести ту серьезность, которой обладал в детстве, во время игр.


* Стыдиться своей безнравственности — это одна из ступеней той лестницы, на вершине которой стыдятся также своей нравственности.


* Своими принципами мы хотим либо тиранизировать наши привычки, либо оправдать их, либо заплатить им дань уважения, либо выразить порицание, либо скрыть их; очень вероятно, что двое людей с одинаковыми принципами желают при этом совершенно различного в основе.


* Сковано сердце, свободен ум. Если крепко заковать свое сердце и держать его в плену, то можно дать много свободы своему уму, — я говорил это уже однажды. Но мне не верят в этом, если предположить, что сами уже не знают этого.


* Следствия наших поступков хватают нас за волосы, совершенно не принимая во внимание того, что мы тем временем «исправились».


* Такой холодный, такой ледяной, что об него обжигают пальцы! Всякая рука содрогается, прикоснувшись к нему! Именно поэтому его считают раскаленным.


* Там, где не подыгрывает любовь или ненависть, женщина играет посредственно.


* То, что в данное время считается злом, обыкновенно есть несвоевременный отзвук того, что некогда считалось добром, — атавизм старейшего идеала.


* Только из области чувств и истекает всякая достоверность, всякая чистая совесть, всякая очевидность истины.


* Труднее всего уязвить наше тщеславие как раз тогда, когда уязвлена наша гордость.


* Ты бежишь впереди? — Делаешь ты это как пастух? Или как исключение? Третьим случаем был бы беглец… Первый вопрос совести.


* Тяжелые, угрюмые люди становятся легче именно от того, что отягчает других, от любви и ненависти, и на время поднимаются к своей поверхности.


* Ты хочешь расположить его к себе? Так делай вид, что теряешься перед ним.


* «У злых людей нет песен». — Отчего же у русских есть песни?


* У самих женщин в глубине их личного тщеславия всегда лежит безличное презрение — презрение «к женщине».


* У суровых людей задушевность является предметом стыда — и есть нечто ценное.


* У черта открываются на Бога самые широкие перспективы; оттого он и держится подальше от него — черт ведь и есть закадычный друг познания.


* Ужасно умереть в море от жажды. Уж не хотите ли вы так засолить вашу истину, чтобы она никогда более не утоляла жажды?


* Ужасные переживания жизни дают возможность разгадать, не представляет ли собою нечто ужасное тот, кто их переживает.


* Фамильярность человека сильнейшего раздражает, потому что за нее нельзя отплатить тою же монетой.


* Фарисейство не есть вырождение доброго человека: напротив, изрядное количество его является скорее условием всякого благоденствия.


* Формула моего счастья: Да, Нет, прямая линия, цель…


* Хочешь ты сопутствовать? Или предшествовать? Или идти сам по себе? Надо знать, чего хочешь и хочешь ли.


* Четвертый вопрос совести.


* Часто чувственность перегоняет росток любви, так что корень остается слабым и легко вырывается.


* Чем абстрактнее истина, которую ты хочешь преподать, тем сильнее ты должен обольстить ею еще и чувства.


* Червяк, на которого наступили, начинает извиваться. Это благоразумно. Он уменьшает этим вероятность, что на него наступят снова. На языке морали: смирение.


* Что ты ищешь? Ты хотел бы удесятерить себя, увеличить во сто раз? Ты ищешь приверженцев? Ищи нулей!


* Что Бог научился греческому, когда захотел стать писателем, в этом заключается большая утонченность — как и в том, что он не научился ему лучше.


* Что в том, что я остаюсь правым! Я слишком прав. А кто нынче смеется лучше всех, тот будет также смеяться и последним.


* Что человек собою представляет, это начинает открываться тогда, когда ослабевает его талант, — когда он перестает показывать то, что он может. Талант — тоже наряд: наряд — тоже способ скрываться.


* Чтобы жить в одиночестве, надо быть животным или богом, говорит Аристотель. Не хватает третьего случая: надо быть и тем и другим — философом.


* Чужое тщеславие приходится нам не по вкусу только тогда, когда оно задевает наше тщеславие. Это были ступени для меня, я поднялся выше их, — для этого я должен был пройти по ним. Они же думали, что я хотел сесть на них для отдыха… «Это не нравится мне». — Почему? — «Я не дорос до этого». — Ответил ли так когда-нибудь хоть один человек? Я не доверяю всем систематикам и сторонюсь их. Воля к системе есть недостаток честности.


* Я хочу раз и навсегда не знать многого. Мудрость полагает границы также и познанию.


* «Я это сделал», — говорит моя память. «Я не мог этого сделать», — говорит моя гордость и остается непреклонной. В конце концов память уступает.


Теги: Ницше цитаты, Ницше цитаты о женщинах, Ницше цитаты афоризмы, Фридрих ницше цитаты, цитаты Ницше о жизни, цитаты Ницше о любви.

Добавить комментарий